skip to Main Content
РЕЛИГИЯ ОБСКИХ УГРОВ

РЕЛИГИЯ ОБСКИХ УГРОВ

Исконные верования хантов и манси – сложное переплетение мифов, ритуалов, магии, тотемизма, шаманизма и различных культов, связанных, прежде всего, с охотой и рыболовством. В их основе лежало древнее представление о трех сферах мироздания, населенных многочисленными духами и богами. В верхней сфере, белой и ритуально чистой, вечно господствует верховный бог Торум, растет священный лес и т.д. В средней бело-черной сфере живут люди, звери и духи, а жизнь и смерть сменяют друг друга. В нижней, черной сфере царит зло, и обитают мертвецы. Там правит Куль Отыр, противник небесного Торума. Известна и другая модель мироздания, горизонтальная, когда верхний мир связывался с югом, иногда – с верховьями Оби, нижний – с севером или низовьями Оби, а средний – с землей. Религиозные традиции разных групп хантов и манси имели свои местные особенности.

До прихода русских в конце XVI в. духовная культура обских угров существовала изолированно. Эпоха российского владычества повлекла за собой христианизацию края, начатую в XVII в. Она не затронула глубоких основ местных верований, но все же наложила на них свой отпечаток. Ханты и манси соотнесли персонажей новой религии со своими исконными богами: Иисуса Христа – с Мир-сусне-хумом, бога отца – с Нуми Торумом и т.п.

В атеистические советские годы власть активно искореняла традиционные верования и использовала репрессивные методы для борьбы с «религиозными пережитками». В настоящее время религиозное наследие хантов и манси воспринимается как важная часть их традиционной культуры, определяющей этническое самосознание.

 

Почитание божеств и духов

 

Все обские угры почитали верховного бога Торума, или Нуми-Торума и членов его семьи: сестру и жену Калтащ, брата Куль-Отыра, владыку нижнего мира, а также семерых сыновей, управлявших на земле человеческими делами. Среди них выделяется небесный всадник Мир-сусне-хум, «Человек, осматривающий землю, Человек, осматривающий воду».

Религию хантов и манси глубоко пронизывала вера в многочисленных духов. Населявшие все мироздание, они воспринимались как подобные человеку, но сильнее и могущественнее его. Одни из них считались доброжелательными, а другие – враждебными к людям, поэтому нужно было заручиться поддержкой первых и устранить злокозненные действия других. Для этого совершали определенные обряды и соблюдали предписанные правила и запреты. Так, представляя огонь живым существом, место вокруг очага огораживали и считали священным; туда запрещалось бросать мусор, втыкать нож или топор, рисовать, чертить, колоть острыми предметами.

Больше всего верований и обрядов хантов и манси было связано с основой их существования — охотой и рыболовством. Собираясь на промысел, «кормили» духов хлебом, мясом и рыбьим жиром, прося их обеспечить удачу. Придя на место охоты, приносили жертвы лесному духу – хозяину промыслового угодья, чтобы

умилостивить его, а по окончании охоты оставляли ему часть добычи в знак благодарности. Обские угры верили в воскресение зверей после смерти, и потому совершали обряды с черепами и шкурами животных, чтобы помочь убитым на охоте животным возродиться.

Все неисчислимое количество духов условно можно разделить на всеобщих, местных и семейно-родовых. Всеобщие духи, например хозяин леса, обитали повсюду. Местные духи проявляли свою силу лишь на определенной территории; они обеспечивали успех в промыслах, загоняли рыбу в сети и зверя в ловушку. Среди них были и бывшие герои, основатели родов, известные предки, богатыри прошлых времен.

Семейно-родовых духов умилостивляли, чтобы они обеспечивали благополучие семьи и рода. Особо выделяли духов-защитников, или персональных покровителей, которых до сих пор почитают обские угры, ведущие традиционный образ жизни. Считается, что у каждого человека есть один или несколько таких духов, связь с которыми устанавливалась во время специального обряда, совершаемого вскоре после рождения человека.

Заметное место в религиозных традициях хантов и манси занимал культ мертвых. Жизнь в загробном мире представлялась продолжением жизни на земле. Верили, что каждый умерший превращался в духа, которому живые должны были подносить пищу и подарки. У хантов после смерти мужа жена делала его изображение и обращалась с ним, как с супругом.

 

Культ медведя и медвежий праздник

Совершенно особое положение в промысловых культах обских угров занимал медведь; его считали лесным человеком. Почитание медведя известно у многих народов таежной полосы Северной Евразии и Северной Америки, но у хантов и манси оно приобрело необычайно сложные и выразительные формы. Подобно Мир-сусне-хуму, посреднику между средним, земным и верхним, небесным мирами, медведь в образе Старика священного города воспринимался как посредник между средним миром людей и нижним миром духов. Верили, что медведь обладает «вещим знанием», все слышит и понимает, в том числе и человеческую речь, и потому говорили о нем иносказательно, давали ему подставные имена, а на его шкуре, лапах и голове приносили клятву.

Собираясь идти охотиться на медведя, соблюдали меры предосторожности: окуривали охотничий инвентарь, оставшиеся в селении не шумели, не кричали, поддерживали чистоту и т.п. Добывали медведя обычно в берлоге, сначала разбудив его, предлагая выйти и стать гостем охотников. Вину за убийство зверя маскировали или переносили на посторонних, например, на ворон или «на стрелу русского». Убитого животного вытаскивали арканом, «раздевали», снимали шубу и доставляли в селение, где его встречали как дорогого почетного гостя.

Удачная охота завершалась ярким и красочным медвежьим праздником, напоминавшим хорошо разыгранную пьесу. Считалось, что на праздник собирались не только люди, но и духи-хранители «с семи углов земли, с семи углов вод». После заката солнца шкуру медведя вносили в общественный дом и размещали в почетном переднем углу. Голову укладывали на передние лапы и ставили перед ней угощение, жертвовали монеты, платки и т.п. Добывший медведя охотник вел праздник от его имени: он отрезал нос у зверя и прикреплял к своему лбу.

Главные праздничные ритуалы проводили ночью. Каждая ночь начиналась с песни, пробуждающей медведя, а завешалась его укладыванием «спать». В течение нескольких дней исполнялось до трехсот ритуальных песен и сцен. Пели песни от имени зайца, лисицы, кошки и других зверей. Особые песнопения отмечали приход на праздник Великих духов; устраивали также пляски. Медведь «гостил» 4-7 дней, столько и продолжался праздник. По его окончании душа медведя уходила на небо, и он, как верили, мог вновь возродиться на земле. Череп, а иногда и шкуру, хранили в священных амбарах. Иногда «по велению медведя» или по желанию хозяина из медвежьей головы делали чучело и почитали его как домашнего духа-покровителя.

Особенно торжественными были медвежьи праздники в селении Вежакоры на нижней Оби, где находился центра фратрии Пор у манси. В ХХ в. праздник заметно упростился.

 

Шаманизм

Особую роль в религиозной жизни обских угров играли шаманы; они считались посредниками между человеком и божеством. По сравнению с другими народами Сибири у обских угров шаманство было развито слабо; у них не обнаружено единой терминологии для обозначения шаманов, и были они не в каждом селении.

Шаманы считались незаменимыми во всех случаях, когда требовалось вмешательство сверхъестественных сил. Входя в экстаз, они могли путешествовать по разным мирам, испрашивая у духов благополучие, здоровье и плодовитость для людей и животных, удачи на охоте и в рыбной ловле. Они гадали на топоре или ноже, предсказывали будущее, находили потерянные вещи и пропавших людей и животных. Шаманы руководили общественными праздниками и жертвоприношениями на священных местах. Одним из главных занятий шаманов было лечение болезней.

Основное действие шамана – камлание (от тюркского слова кам — «шаман»). Главным атрибутом шамана был бубен с колотушкой, под звуки которого он призывал духов-помощников. Это и оружие шамана, и мистическое верховое животное, конь или олень, лодка или птица, переносящие его в иные миры. Духами-помощниками служили различные фигурки, камни причудливой формы, шкуры животных и т.п.

Перед началом камлания шаман иногда облачался в специальный костюм, в котором каждая деталь была символична. Во время обряда он изображал в лицах, как он то летит к небесному богу, то спускается в нижний мир, то борется со злыми духами. Его импровизация основывалась на хорошем знании мифов, сказок и легенд своего народа, а обряды включали в себя песнопения, сопровождаемые ударами колотушки в бубен. Шаман мог камлать в любом месте, под открытым небом, на берегу реки, в доме, но чаще для него отводился «черный дом» или «закрытый чум», где собирались все обитатели окрестных селений.

Шаманами становились и мужчины, и женщины. Обычно шаманский дар передавался по наследству, но известны и случаи избранничества духами, причем такое избрание сопровождалось особой шаманской болезнью, напоминающей временное безумие. Пройдя испытания, шаман получал ритуальную одежду и другие предметы, например, специальные шаманские рукавицы, металлическую корону с оленьими рогами и т.п. На изготовление бубна требовалось особое «разрешение» духа. Для обруча брали на священном месте древесину березы, лиственницы или ели и обтягивали сырой шкурой оленя, лося, собаки или кожей налима; высохнув, она плотно обтягивала обруч.

Введение христианства в крае и административная политика XVIII-XIX вв., а также гонения на шаманов в советское время повлияли на угасание шаманства у обских угров.

 

Святилища

Святилища – самое наглядное воплощение традиционных верований хантов и манси, самобытное явление их этнической культуры. Древнейшими культовыми местами были природные объекты: скалы и камни необычной формы, приметные деревья и мысы рек, пещеры и холмы и т.п. Позже к ним добавились рукотворные святилища, которые обычно находились в труднодоступных местах. Так, например, мансийское святилище Торум кан, «Божье место» находилось на острове среди болот.

Большая часть святилищ была посвящена местным духам, предкам-покровителям селений, которые могли воплощаться в разных ипостасях: в божествах, животных, птицах, «богатырях» или в сакральных предметах. Многие святилища были связаны с промысловыми культами. Для самых сильных духов перед началом охотничьего или рыболовного промысла обычно устраивали кровавые жертвоприношения, закалывая оленя, лошадь или другое домашнее животное. Задабривая местных духов, им подносили съестное и другие дары – меха, ткань, одежду, украшения, монеты и другие предметы, имевшие хождение в быту. Особенно ценными считались изделия из белой бронзы и серебра. Хантыйские женщины приносили на святилище коробки для рукоделия, а рождение каждой девочки отмечали приношением игольницы.

Во время таких подношений участники ритуала устраивали совместную с духами трапезу и «угощали» их теми же продуктами и блюдами, которые ели сами: вареным мясом и рыбой, жиром, мучными изделиями, сластями, спиртными напитками, чаем. Угощение сначала предлагали духам, а затем ели люди. Жертвоприношением отмечали практически любое хозяйственное дело, приуроченное к календарному циклу.

Выглядели священные места по-разному. Обычно это были культовые дома, где хранились деревянные, металлические или костяные изображения духов, перед которыми совершали коллективные обряды и церемонии. Здесь же находился костер, где варили мясо жертвенного животного. На деревья, находившиеся поблизости, вешали шкуры жертвенных животных и лоскуты ткани с монетами. Иногда здесь же сооружали помосты и навесы, устраивали полки-столы и т.п.

Места, где находились святилища, нельзя было осквернять хозяйственными делами, грубыми словами или недостойным поведением, а проезжая мимо них, следовало оставить духу подношение. Многие из священных мест считались запретными для жен и мужей из чужой общины и для женщин, хотя с конца XIX- начала XX вв. существовали и специальные женские святилища. Люди, отправлявшие общий культ, чувствовали себя родственниками по духу-покровителю, независимо от их реального родства.

 

Христианизация края

Христианизацию Сибири обычно отсчитывают от 30 мая 1621 г., времени прибытия в Тобольск первого архиепископа Киприяна Старорусенкова, хотя отдельные случаи крещения представителей знати по политическим соображениям бывали и раньше. Так, в 1599 г. были крещены кодская княгиня Анастасия, мать князя Игичея Алачева, и его сын Петр. Но массовое обращение в христианство коренных сибирских народов началось позже. Вопрос о нем поднял Петр I в 1700 г. Этого требовали геополитические интересы России, поскольку на религиозное влияние народов Сибири претендовали буддисты Китая и мусульмане Османской империи.

В 1702 г. по указу царя в сан Тобольского и Сибирского митрополита был посвящен Филофей Лещинский (1650-1727), названный позже «Сибирским апостолом», а в 1706 г. вышел царский указ о массовом крещении народов Обского Севера. Ревностно выполняя свою миссию, Лещинский совершил несколько поездок к «инородцам», круша их святилища и сжигая изображения божеств, которым они поклонялись. На местах разрушенных святилищ для новокрещеных хантов и манси возводили церкви и часовни. Эта практика не прекращалась и позже.

К 1740- 1760-м гг. была принудительно крещена основная масса остяцкого и вогульского населения Березовского края. Местные власти не гнушались прибегать к насилию, расценивая

религиозные традиции хантов и манси как общение с дьяволом, а возвращение местного населения к своим исконным верованиям – как «злочестие и идолопоклонство».

При Екатерине II, провозгласившей веротерпимость и свободу исповедовать нехристианские религии, миссионерские методы стали более мягкими; чаще прибегали к убеждению и к объяснению христианских сюжетов с помощью икон. Эти традиции продолжались и в XIX в. В начале века Тобольске и Иркутске были созданы отделения Русского библейского общества, Новый завет был переведен на языки хантов и манси, а христианских проповедников стали готовить из числа коренных жителей края. Миссионерам приходилось проповедовать охотникам и рыболовам, ведущим подвижный образ жизни, и для более успешной деятельности они начали использовать походные церкви, официально учрежденные в 1854 г. Все большее значение миссионеры придавали христианскому образованию детей.

В результате христианизации края часть обских угров перешла к православной ритуальной практике, но вместе с тем многие из крещеных хантов и манси продолжали соблюдать традиционные ритуалы, совершать жертвоприношения почитаемым божествам и духам и посещать свои священные места.

 

Источники: данные материалов БУ ХМАО-Югры “Музей Природы и Человека” и Объединенного сайта музеев ХМАО-Югры, также http://www.geo.kmns.ru

Добавить комментарий

Translate » Перевод
Back To Top